Зануда

Интервью с астрономом Владимиром Сурдиным

Научный привет, дорогой читатель! Меня зовут Зануда, и, будучи почитателем науки, я люблю приглашать к себе в гости ученых и любознательных слушателей. Уверен, что все, что существует во Вселенной, можно познать при помощи научного метода.
Друзья, не так давно мне посчастливилось пригласить в лекторий замечательного гостя — российского астронома, кандидата физико-математических наук, старшего научного сотрудника Государственного астрономического института им. П. К. Штернберга МГУ Владимира Георгиевича Сурдина. Помните, я рассказывал вам о его выступлении на «Вечере с ученым»? Если подзабыли, смотрите отчет. Это был занятный рассказ о Луне с захватывающими историями о космических экспедициях, а также знакомство с завораживающими фотографиями поверхности нашего естественного спутника! И что самое приятное и неожиданное — мне улыбнулась удача, и я взял интервью у Владимира Сурдина. Утопична ли идея вернуть астрономию в обязательную школьную программу, в чем прелесть космографии и с какими заблуждениями следует бороться — об этом я побеседовал с известным популяризатором астрономии. Скорее читайте материал!

— Владимир Георгиевич, помните ли Вы свои школьные уроки астрономии?

— В мое время они по факту были, но на самом деле ни один учитель физики не любил проводить уроки астрономии, не чувствовал себя достаточно подготовленным, и отдавал эти часы на физику. Правда у меня была иная ситуация. Это был выпускной 10-й класс, и уже тогда я довольно серьезно увлекался астрономией: занимался в кружке, наблюдал на телескопе. Наш учитель физики все-таки уделил несколько уроков астрономии, но предложил их провести мне: «Сурдин, ты все равно знаешь лучше меня, иди рассказывай». Класс знал о моем увлечении астрономией, поэтому решение преподавателя у них, как говорится, когнитивного диссонанса не вызвало. Я рассказывал все в общих чертах, и мне кажется, это было полезно.

— Как Вы чувствовали себя в роли преподавателя?

— Достаточно уверенно. Мы, кружковцы, часто друг другу доклады читали, выступали на конференциях — тогда было научное общество старшеклассников! Еще мы занимались естественными науками во Дворце пионеров и готовили вполне серьезные рефераты. Я и свою оригинальную работу тогда делал: наблюдал Солнце на телескопе. Поэтому чувствовал себя спокойно в роли рассказчика, не смущался.

— Можно ли сказать, что после этих школьных уроков у Вас появилось желание рассказывать об астрономии широкой аудитории?

— Это стало естественным желанием. Ничего особенного нет в том, когда человек что-то знает — а окружающие нет — и он делиться этим. В компании, например, мы же рассказываем о фильмах или книгах, с которыми ознакомились. Но порой я чувствую, что должен рассказывать: иногда не хочется откликаться на приглашения телеканалов, где желтизна страшная (например, REN TV). Но я чувствую, что должен это делать: я в свое время получил знания бесплатно, и нужно отдавать другим то, что знаешь. Но чаще всего рассказывать — это приятно. Сейчас чувствую, что там, за дверью, собрались люди, которые сами пришли за знанием: им это интересно и нужно, — и лекция для меня будет наслаждением. Вот вчера, например, была обалденная лекция (прим. в лектории ЩепоткаСоли, лекция «Поиски разума и жизни вне Земли»). В прекрасном зале ИТМО можно было без микрофона общаться с публикой. А какие люди! Глаза горят — то, что надо!

— Сейчас активно обсуждается инициатива вернуть астрономию в школьный курс в качестве обязательного предмета. Как Вы считаете, как реализуется эта задумка, не утопично ли она звучит?

— Эта инициатива Министерства образования пока только на уровне разговоров и не воплотилась ни в какой документ. Отчасти это утопия. Дело в том, что около 12 — 15 лет в педагогических институтах учителей физики не готовят к преподаванию астрономии. И как же они сейчас будут вести астрономию — сложную и специфическую дисциплину — совершенно непонятно. Но раз было дано обещание ввести новый предмет, видимо, это будет реализовано. Мы, астрономы, в свою очередь проводим курсы для учителей физики, помогаем им подтянуть знания. Я рад, что в школу хотят вернуть астрономию. И каждый раз, выступая на телевидении или радио по этому поводу, предлагаю, чтобы урок был введен не в выпуском классе, когда на носу ЕГЭ, а в 5 — 7 классах. Это возраст любознательности, когда дети еще не перегружены, тянутся ко всему новому. Это школьный период, когда физика, химия, биология еще не начались, и астрономия может зажечь интерес к этим естественно-научным предметам. Кстати, до революции в школах вместо астрономии был предмет «космография». Это было описание внешнего мира за пределами Земли, без каких-либо формул, математики и физики. Просто рассказ о том, что такое звезды, где находятся планеты. И такой подход хорошо было бы восстановить. Ребятам не обязательно решать астрономические задачи, знать координаты небесных тел, как это предлагали старые учебники — это скучно. Главное, чтобы у выпускников школы были представления о космосе.

— Владимир Георгиевич, на лекциях Вы рассказываете слушателям о метеоритах, Луне, заблуждениях о Вселенной... Скажите, а с какими заблуждениями Вы сталкиваетесь чаще всего?

— Это естественно, что у нас есть заблуждения в других, непрофессиональных для нас областях знаний. Например, я могу наговорить ерунду по генетике. У каждого из нас в голове есть мифы. Но обидно, когда эти мифы есть у тех, кто потом их транслирует детям. Я часто общаюсь с учителями физики. Вот, например, сидят 50 преподавателей, в большинстве своем женщины, и я спрашиваю: может ли кто из них толково объяснить, почему происходит смена сезонов года? (Прим.: если тоже затрудняетесь ответить, посмотрите видеолекцию В. Г. Сурдина.)
И никто не дает четкого ответа: говорят, что из-за того, что Земля то ближе, то дальше от Солнца...Это значит, что учителя очень слабо подготовлены, у них есть заблуждения в своей профессиональной сфере! Но есть еще группа заблуждений, связанных с идеологией. Я часто рассказываю о Солнечной системе, и когда речь заходит о космических полетах людей, то говорю и об американских экспедициях. И всегда находится человек, который начинает сомневаться в том, что американцы побывали на Луне: якобы все снимки были сделаны в павильонах Голливуда, и если наша страна, создавшая космонавтику, не добралась до Луны, неужели американцы смогли? Вот такая идеология сидит в голове у молодых людей. Ладно бы у стариков советской закалки! И за такие заблуждения гораздо обиднее, чем за незнание, почему времена года сменяют друг друга. Научные заблуждения легко исправить, а эти заблуждения — мусор в голове, который мешает нам жить.

— Вы уже вскользь упомянули, что Вы часто рассказываете о Солнечной системе. Но какая тема вам ближе всего? Сужу по видеозаписям ваших лекций: как мне показалось, Вы с каким-то особым интересом рассказываете о Марсе.

— Конечно, ведь люди уже одной ногой там: Илон Маск (прим.: глава SpaceX, создатель проекта колонизации Марса) уже билеты на космический корабль продает! Мне самому интересно об этом рассказывать, и я стараюсь предупредить такой вопрос, как посылка на Марс человека. Идеологам хочется скорее флаг там водрузить и объявить, какая страна туда добралась первой. Но я ученый, для меня Марс — возможный заповедник внеземной жизни. Как только первый человек вступит на его поверхность — все, забудьте про чистоту Марса: это будет винегрет из жизни марсианской и земной, что испортит всю картину. Я настаиваю на том, чтобы человек поменьше летал в космос. Все, что мы получаем: GPS, телевидение, прогноз погоды — все это делается без участия космонавтов. А мы столько денег тратим на их полеты астронавтов! Кто их помнит сейчас? Кто туда сейчас летает, и что они там делают? Да, полет Гагарина — это спортивный прорыв, сравнимый с поднятием на Эверест. А дальше что? Ведь тратятся миллионы на полеты только потому, что это выгодно небольшой группе людей.

— Владимир Георгиевич, Вы активно занимаетесь популяризацией астрономии. Как Вы совмещаете это дело с научной деятельностью?

— За последние годы это стало для меня первым делом. Сейчас я сильно снизил научную продуктивность, ведь мне уже за 60 лет. Я обучаю студентов в Московском и Новосибирском университетах. На днях еду преподавать в Баку — там находится филиал МГУ. Пожалуй, главным делом за последние 5–7 лет для меня стала популяризация астрономии: лекции, редактирование и написание книг, интервью. У меня получается обучать, и я этим занимаюсь. Человек делает всегда то, что ему удается. Правда? Его тянет туда, где он чувствует, он может сделать что-то лучше других.

И я, Зануда, не могу не согласиться со своим собеседником. Действительно, рассказывать увлекательно и доступно о науке, об астрономии в частности — искусное умение. И наш гость им обладает — воодушевление и любопытство моих зануд после «Вечера с ученым» тому доказательство! Да я сам с открытым ртом слушал рассказы Владимира Георгиевича. А беседовать с ним тет-а-тет — радость космических масштабов! И я надеюсь, друзья, что у меня так же хорошо получается занудствовать, как у Владимира Сурдина рассказывать о путешествиях на Луну! Ведь занудство — тоже важное дело. Приходите в лекторий, друзья, будем занудствовать вместе!

Автор текста: Анна Солодянкина